С первых дней войны начали создавать это грозное оружие рабочие и служащие железных дорог во многих городах Советского Союза, а также в Сибири. Одним из таких городов был Барабинск, который отправил на фронт бронепоезд «Сибиряк-барабинец».

В один из ноябрьских дней 1941 года в адрес руководства Барабинского паровозного депо пришла телеграмма Государственного комитета обороны. В ней ставилась задача: одеть в броню паровоз, оборудовать 4 платформы для установки пушек и пулеметов, 1 платформу для зенитного орудия, 2 для перевозки верхнего строения пути (шпал, рельсов, накладок и прочего), укомплектовать 2 бригады, подобрать 4 машинистов.

Начальником строительства был назначен Константин Николаевич Голиков – начальник депо.

Основные подразделения строительства укомплектовывались рабочими инструментального, хозяйственного, котельного, газоэлектросварочного и подъемного цехов, также вагонно-ремонтного пункта, дистанции сигнализации и связи. Образовались основные бригады слесарей-инструментальщиков и слесарей, которые возглавили А.М. Бирюков и А.М. Немочен.

22 ноября были получены чертежи. Для их изготовления отводился месяц. Но рабочие решили выполнить задание к 19 декабря.

Для бронирования был взят паровоз серии ОВ № 5744, который перевозил грузы по ветке Барабинск–Каинск-Барабинский.

Строительство бронепоезда началось 23 ноября 1941 г. Никогда еще деповчане не занимались такой работой, но война учит быстро.

Сначала провели средний ремонт паровоза. В ремонте приняли участие наиболее опытные и грамотные слесари  Клейменов, Ивохин, Рынаков, Басалаев, Сурначев, Драгомиров.

Ремонт и наладка котельного оборудования выполнялись под руководством мастера Степана Николаевича Регулова. Мастер Николай Тимофеевич Бойков возглавил работы по навешиванию брони, которая поступила с уральских заводов. Замена автотормозного оборудования производилась под руководством мастера Алексея Андреевича Бабенкова.

Установка боевой техники, навешивание брони проходило под руководством бригадира Алексея Михайловича Бирюкова и слесарей инструментального цеха В.С. Акимкина, Е.А. Некрасова, П.В. Крылова, Д.Т. Степанова, А.Г. Токова, М.А. Лаврутича. В этой ответственной работе принимали участие электросварщики: Н.В. Железовский, В.Н. Чуркина, газосварщик Ф.А. Ващенко и другие новаторы производства.

День и ночь напряженно трудились ремонтники, не выходя сутками из цехов. По воспоминаниям барабинских старожилов, женщины и дети приносили участникам строительства обеды и ужины прямо к токарным станкам, слесарным верстакам. Ночевали на строящихся площадках. Несмотря на физическую усталость, недоедание, строители были охвачены необычайным патриотизмом. Заказ для фронта считался боевой задачей. Трудились под девизом «Работать за себя и за товарища, ушедшего на фронт».

Постепенно преображался вид бронепоезда. На паровозе установили командирскую рубку, оборудовали отопление, телефонную связь. Героический труд железнодорожников, стремление внести свой достойный вклад в дело Победы над врагом позволило досрочно к 23 февраля 1942 г. полностью закончить строительные работы. Рукой художника П.В. Поманского на броне паровоза и его бронеплощадках была сделана красочная надпись «Сибиряк-барабинец». Этим подчеркивалась большая трудовая победа железнодорожников барабинского узла, независимо от профессиональной принадлежности и степени участия в создании бронированного богатыря, которому предстояло разить ненавистного врага. Сокращению сроков строительства способствовало то, что при всех  создавшихся трудностях хорошо была организована поставка броневых листов, нужных видов металла, других материалов.

Боевая машина прошла испытание ходовых частей, был произведен пробный артобстрел в районе 5 км направления Барабинск-Куйбышев.

Бронепоезду был присвоен № 639. Командирами бронеплощадок назначались М.П. Широков, И.С. Ремизов, М.Б. Мошинский, А. Довженко. Среди барабинцев встречались добровольцы, которым не безразлична судьба народа. Это были дорожный мастер С.Д. Устьянцев, ставший командиром пулемётно-восстановительной команды, работник отделения дороги Л.Ю. Кизилов (командир пулемётного отделения), инженер отдела эксплуатации отделения И.Т. Копылов, был назначен заместителем командира дивизиона по технической части, паровозным техником – А.В. Широков, командиром бронеплощадки Ф.В. Осокин.

Важную роль сыграло и то, что многие локомотивщики шли с просьбой направить их машинистами на бронепоезд. У каждого из них был большой опыт. Но начальство остановилось на В.Ф. Литвинове – старшем приёмщике народного комиссариата путей сообщения, П.К. Мялицине – машинисте-инструкторе, А.И. Воложанине и Н.С. Чернове – машинистах паровозов.

Огромного труда стоило обучить смежным специальностям машинистов и персонал. Каждый из них должен был знать и исполнять обязанности артиллериста, пулемётчика, связиста.

В Барабинске образовали три паровозные бригады. Первая – машинист В.Ф. Литвинов, помощник машиниста П.В. Юрпалов, кочегар М.В. Калинин; вторая – машинист А.М. Воложанин, помощник машиниста В.Т. Ботищев, кочегар С.Г. Плясовских; третья – машинист Н.С. Чернов, помощник машиниста И.П. Голиков, кочегар Н.И. Путилов. Старшим машинистом был назначен П.К. Мялицин.

В конце марта 1942 года укомплектованный лучшими машинистами-добровольцами, а также военными специалистами, подав прощальный гудок, бронепоезд уходил защищать священные рубежи Москвы.

Барабинский подарок пришелся не по зубам фашистам – немало врагов легло, попав на прицел его огневого вооружения.

После окончательной ликвидации угрозы Москве наш бронепоезд сражался на Карельском перешейке.

С первых дней Великой Отечетвенной войны войска карельского фронта отражали яростные атаки финских и немецко-фашистских дивизий. В первые же месяцы войны на железнодорожных участках Северной Карелии действовали советские бронепоезда. «Сибиряк-барабинец» и «Омский-железнодорожник» были также направлены на карельский фронт, на Кировскую ж/д и станцию Сегежа. Перед ними ставилась задача – нести охрану ж/д узлов до головной станции Быстряги, которая располагалась вблизи передовой, а также находящегося рядом аэродрома и промышленных предприятий

Как правило, один из бронепоездов находился у линии фронта. При ведении боевых действий он направлял всю свою огневую мощь на укрепление, а также артиллерийские батареи неприятеля. Нередко приходилось вести огонь, проникая на нейтральную полосу, разъединяющую воюющие стороны вплоть до полностью разрушенной станции Массельская. Второй бронепоезд отражал налёты немецкой авиации на жизненно важные объекты, а также на станции, где шла разгрузка военной техники, боеприпасов, снаряжения для действующей армии. Иногда возникали такие ситуации, когда вступали в дело оба бронепоезда. После разведки и выявления места сосредоточения противника следовали внезапные налёты бронепоездов и огонь «Катюш». Леса, болота, озёра, холмы, характерные для Карелии, не позволяли использовать танки. Поэтому бронепоезда представляли для врага серьёзную опасность. Приходилось тщательно маскироваться. Чтобы не было видно искр, вырывающихся из паровозной трубы и тянущихся шлейфом при движении, ночью топки заправляли углем, а днём в качестве топлива шли дрова, от которых дыма шло значительно меньше. В зимнее время бронепоезд был камуфлирован под снег, а летом под платформой с тёсом или же прикрывали ветками елей и сосен, для их расположения только на паровозе было приварено более 300 скоб. Эти простые меры и хорошая маневренность, высокая боеспособность экипажей, орудийных и пулеметных расчетов делали бронепоезд неуязвимым. За всё время в него не было ни единого прямого попадания. Вражеские самолеты часто его бомбили, но стоило открыть огонь со всех стволов, как они, сбросив куда попало, свой смертоносный груз, уходили восвояси, не причинив вреда. Однако не обходилось и без критических ситуаций.

Однажды нескольким самолётам противника удалось обнаружить бронепоезд на станции Сегежа. Они предприняли усиленную бомбежку. Осколком взорвавшейся бомбы перебило воздушный рукав между паровозом и второй бронеплощадкой. Бронепоезд остался без тормозов, потерял маневренность. Рискуя жизнью, машинист А.И. Воложанин, помощник машиниста В. Батищев и кочегар С.Т. Плясовских под бомбёжкой устранили неисправность. Артиллеристы и пулеметчики в это время усиленным огнем старались отбить фашистских стервятников, лишить их возможности вести прицельное бомбометание.

Героических поступков на счету бригады П.К. Мялицына было немало. Опытные машинисты помогали артиллеристам в стрельбе по целям. Как только командир бронепоезда подавал команду «Огонь!», машинист приводил в действие автотормоза. Состав оставался на месте, при этом значительно увеличивалась точность артиллерийского огня.

Однажды Петр Константинович буквально спас бронепоезд и его команду. А случилось вот что. Кочегар в момент прокачивания колосников в топке паровоза обнаружил, что они стоят ребром. Беда заключалась в том, что между решеткой топки и колосником попал большой кусок породы. Он был заброшен с углем. Устранить барьер можно было только в случае, если потушить огонь в топке. А это, значит, остановить бронепоезд в пути следования, быть мишенью для немцев, которые уже заметили бронепоезд и начали обстрел. Времени для размышлений и раздумий не было. Командир Мялицын приказал подчиненным облить его водой с головы до ног. А далее еще страшнее. Представьте, как молодой человек хватает кувалду и лезет в огненное пекло через отверстие топки. Слышится удар, ещё удар. И вот почти одновременно с раскаленным камнем он вываливается наружу, объятый пламенем, чумазый, со следами ожогов, без бровей и ресниц. Свой подвиг Мялицын совершил на глазах товарищей. Его умение найти нужное решение почти в роковую минуту спасло членов экипажа и бронепоезд от верной гибели.

За мужество отважный машинист был награжден Родиной орденом Красного Знамени. Были и другие эпизоды на ратном пути солдата. Недаром его грудь на параде Победы в Москве, в котором П.К. Мялицын участвовал в составе полка от Карельского фронта, украшали медали: «За боевые заслуги», «За отвагу». Верно говорят люди: «Народ, родивший таких героев, победить невозможно».

С большим нетерпением ожидали вестей от родных и близких из Барабинска.

А они не всегда были хорошими. Было трудно и в тылу. Изнурительная работа на нужды войны, недостаток продовольствия и многое другое выпало на долю жен и матерей, тех, кто обеспечивал фронт всем необходимым. Люди чутко откликались на чужую беду.

В 1943 г. умерла жена В.Ф. Литвинова. Оставшегося 3-х летнего сынишку забрала к себе его мать. В.Ф. Литвинов решил собрать посылку с фронта, чтобы хоть чем-то помочь им. Поделился с друзьями. Его поддержали. Каждый постарался что-нибудь послать маленькому Володе. Собрали немного сахару, печенья, конфет, лейтенант Андреев дал большие фланелевые портянки. Все это уложили в две большие банки из-под говяжьей тушенки, спаяли вместе. Нанесли надпись «Посылка сыну с фронта от отца». Кроме адреса, написали обращение к паровозным бригадам передавать посылку друг другу до станции Барабинск Омской железной дороги. И посылка была доставлена. Радости малыша не было предела. Сколько за этим незначительным эпизодом скрыто душевной щедрости, которая не оставляла людей в то трудное время! Каждый понимал, что победить и выстоять можно только сообща.

Свой последний залп бронепоезд «Сибиряк-барабинец» сделал на станции Сортавала, что у северного побережья Ладожского озера. Но он был произведен не по врагу, а в связи с безоговорочной капитуляцией гитлеровской Германии. Это был еще один салют победы, из тех, что звучали в майские дни 1945 г. тысячами. Они дополняли людское ликование, да и было чему радоваться. Ведь фашизм был разбит, и в это посильный вклад внесли экипажи бронепоезда, его орудийные и пулеметные расчеты, все кто обеспечивал выполнение боевых операций.

Все члены экипажа бронепоезда вернулись после Победы в родной Барабинск, и трудились до пенсии в локомотивном депо.

Бронепоезду «Сибиряк-барабинец» и его экипажу выпала нелёгкая, но славная судьба. Она достойна того, чтобы о ней знало современное поколение. И мы хотим, чтобы о нашем сибирском бронепоезде, как и о нашем городе, знали и помнили. Мы не должны забывать беззаветный подвиг ветеранов Великой Отечественной войны.

Знать историю своей малой Родины, своих ветеранов-земляков – это нужно нам, чтобы обрести гордость за свою Родину, её историю, чтобы ещё раз представить, каких усилий стоило сберечь всё наше национальное достояние в грозные годы войны, чтобы готовить себя в случае необходимости защитить свой край, своё Отечество от посягательства любых врагов.